Всё это сложно, Друг

А потому давай – ка неспеша и осторожно

Ведь если повезёт, тебя ведь тоже кто – нибудь

В последний путь проводит

Уложат аккуратно сломанные крылья за спиной

У изголовья положат меч твой в ножнах

Пообещают часто навещать и вечно помнить.

 

Кто знает как на свете верно жить?

Прощать всегда, любить, а может: ни во что не верить?

Вороны: чёрные  снаружи

Но может быть у них внутри цветные перья?

 

С кровати подниматься всё трудней

Как Бога объяснить тому, кто ни во что не верит?

Вот пайка на столе стоит и в тёплый плед завёрнутые ноги

И кажется тебе, что ты у жизни: Фаворит

Что музыка её тебе уже давно знакома.

 

Окрепла птица за день, встала на ноги

Поймите: ворон – это вам не голуби!

Друзей он выбирает неспеша, не каркает без повода

Он быстро понял, что мне можно верить

Что я его бескрылая родня

К земле навечно гравитацией прикованный.

 

Когда холодной осенью запахло в Сентябре

И на ночь закрывать мы стали наши двери

Карлуша, вдруг, из Детства прилетел ко мне

Виток у времени удачно завершив

А я по – прежнему: то верю в Бога, то не верю!

 

                                                1737                                                   

Увы, всё очень просто начиналось

Согнули душу, как листок тетрадный: пополам

И вот она такой горбатой и осталась

Размазаны чернила, перепутались все строчки

Но всё – таки у Бога удалось ей получить

Ещё одну, короткую отсрочку.

 

Если случиться так, что тебе в жизни повезёт

Если случится так, что ты чего – то в ней добьёшься

Поверь, Сынок, счастливее меня ты не найдёшь

Всё это ты со временем поймёшь

Не сомневайся и пока не беспокойся.

 

Уже давно меня не занимают животные, что не летают

Машины и дома, их банковские сбережения, счета

Глупцы! Ведь должен в жизни быть какой – то ветер!

А без него нам всем: пиздец!

Не греет Солнце без него, не светит!

 

Лети, Карлуша, высоко!

На землю больше никогда не падай

Воронье счастье будет пусть всегда с тобой

А я, увидев птицу, пролетающую у меня над головой

Конечно вспомню Бога и тебя

Наш с вами хоровод в тот жаркий, летний день

Как мы тебя втроём спасали.

 

Направо буду тратить и налево!

Я сани привяжу к корете Снежной Королевы

Промчусь по жизни, как по выпавшему за ночь снегу

А если потеряюсь, Чёрный Ворон принесёт моё последнее письмо

Моей, сажающей цветы, грустящей Герде.

 

                                                            1738

Плывут по улицам опавшие листочки

Я Осень объяснить пытаюсь дочке

Весна и Лето… Здесь конечно, всё понятно!

Но для чего дожди и смерть?

Я мямлю что – то непонятное невнятно.

 

Все нечётные числа в моём ДНК

Все непарные в нём хромосомы

Было дело: Ты мне передал

И теперь я рисую стихи и пишу неспокойную воду

И гитарной струною грущу

Кофе пью с попугаем своим

С ней обсуждаю свои планы и погоду.

 

Да, у реки моей крутые берега

И нету дна, поглубже будет океана

Давно уже в ней утонула беспокойная моя душа

И ждёт меня всегда, скучает

И оправдания мои не хочет слушать

Глаза и уши закрывает.

 

Жестокий жизненный урок

А может быть: счастливый случай

Попробуй в суматохе разбери

Но пробегут года и ты ответ конечно свой получишь.

 

Дань уважения поэту отдаю

Тому, что о Любви писал, не уставая

Погиб Он на дуэли, Его холодная земля теперь надёжно охраняет

А блядь Его живёт, беды не знает!

Послушно ноги для прохожих раздвигает.

 

 

                                                            1739

 

 

Усталый летний день перевалил уже за середину

Уже мне всё равно: поймаю или нет

Клюёт форель или лосось

В лицо мне дует ветер или в спину.

 

Я у реки своей сегодня долгожданный гость

Стол праздничный накрыла для меня

 И сдула с сердца у меня печаль

Пастельными тонами написала новую картину.

 

Всё делает, как научили

Побрит и прилично одет

Кому – то вечно дышит в спину

Бездарный идиот, бесчувственный аскет.

 

Я, не задумываясь, на вопросы ваши отвечаю

Конечно, не хватает мне Его

Конечно, всё ещё скучаю

Похожи были мы, а может быть и нет, кто ж знает!

Но снова видел сон в котором Ты рисуешь

Свой с сиренью натюрморт, от дыма сигареты щуришься

И времени ни я, ни Ты не замечаем.

 

За стол садились не спеша

И души раздевали неохотно

Сожрали торт и сели у костра

И каждый о своём подумал водиночку и безповоротно.

 

 

 

                                                            1740

 

 

Пишу четверостишия свои не потому, что делать это хорошо умею

А просто часто «кошки на душе скребут»

И падая, я забываю раскрывать свой парашют

На Землю «мягко» приземляться не умею

То жопу поцарапаю, то стукнусь головой

Потом сижу часами без сознания и добавляю между строчек: «мат»

Вы спросите: «Зачем?»

Для простоты формата и ясности повествования.

 

Уже не в состоянии мой организм

Переварить такое «наслаждение»

Не спит, сдаётся толстая кишка:Тонка!

Глаза бы ели, а она всё тело слабое, несовершенное моё

Зачем – то держит в непонятном напряжении.

 

В однообразии меня не обвиняйте

Я – однолюб! Родился, видимо таким, не зря

Не всем охотно пожимаю руки

Не всех спокойно переносят уши и глаза.

 

Есть каждому место под Солнцем

Наверное где – нибудь: есть для меня

Пока не нашёл, продолжаю по жизни толкаться

То жопа у меня не помещается, не влазит, раскормили

То лишнею бывает голова.

 

Вот Говорят: «Долг красен платежом!» Болтают разное, не понимая

Уходят те, кто нам давал взаймы внезапно

И мы таскаем за собой тяжелый груз, обузу роковую

Что делать с ней теперь нам непонятно.

 

 

                                                            1741

 

У каждого своя заветная мечта

Моя пропитана грибным дождём

И сплетена из рыбной чешуи

Из Осени и Лета отголосков

По берегу реки иду я за Тобою неспеша

Вдыхаю дым Отец, Твоей лечебной папиросы.

 

Да нет, конечно, это не трагедия!

Навалит нам опять Зима сугробы скоро снежные

И птицы разлетятся все: кто к Югу, а кто к Северу

Останутся со мною только две

И эти две, как первый снег:

Невинные, пушистые и белые.

 

А общего и нету ни хуя

Анатомическое сходство, да и только!

И гены оказались жиже, чем вода

Канадская настройка, перестройка!

 

Бывает, что трудится с нами

Но очень часто: работает против нас

И не купить скупое время, ведь оно не продаётся

Как научиться ускорять и замедлять сердцебиение?

Что бы всегда шагать с ним в ногу, в такт?

 

Всегда наш спрос опережает предложение

Схватился за мыслишку худенькую, растянул на две

Я знаки препинания поменял, воткнул её в начале предложения

Сумел всех обмануть, да только не себя!

Об этом грустное моё стихотворение...

 

 

                                                            1742

 

Всем, кто сражался за меня; огромное, сердечное: Спасибо!

А тем, кто плюнул в спину; мой пролетарский, пламенный: Привет!

Без вас бы я стихи не написал и не нарисовал картину

И на струне гитарной не оставил след.

 

Вас одурачить оказалось так легко!

Вонючее дерьмо посыпав разноцветным конфети

И набросав вокруг него цветочки

Я четверть века здесь уже живу

И изучил все выходы и входы

Переживаю и обидно очень мне порой

За сына моего и дочку.

 

Ну что ж, Дурак, ходи, пожалуйста, по краю!

Неуязвимый ты, конечно же, я знаю

Когда сорвёшься вниз, то сопли по лицу размазывать не надо

Ты думал, что умнее всех... Ну что же, вот тебе пока

В награду плитка шоколаду.

 

Себя я больше под сомнение не ставлю

Лосось живёт в реке и место жительства его я знаю!

Пускай мне долго не везло: всё леска путалась

Икру с крючка течением сбивало

Сегодня рыба у меня в садке

И вес её внушительный, немалый.

 

На том же месте, где вчера, а так хотелось всех умнее быть и «круче»

На компромиссы несогласная душа

Сидит и исподлобья смотрит в мир, она темнее самой тёмной тучи.

 

 

                                                            1743

 

Вблизи её расслышать невозможно

Но разглядеть её нельзя издалека

Дилемма эта нас преследует по жизни

Болит она и радуется невпопад, одновременно

Ползёт едва, а иногда без оправдания, спешит к Нему на встречу

Необъяснимая, тревожная душа

Застряла в теле тучном, человечьем.

 

Кряхтит мотор, скрипит штурвал

Ну сколько можно и себя и лодку мучить?

Ну не клюёт, а может просто: не умеешь ты её ловить

Сушите вёсла, капитан!

Всё это в совокупности: весьма печальный случай.

 

Закат – Рассвету предложил: местами поменяться

Жизнь прожил, но не понял: так нельзя!

И дело, в общем – то, совсем не в цвете неба

И Солнцу тоже: всё равно. Ему не жалко: ни тепла, ни света

Но вот Судьба даётся нам одна. И у неё альтернативы нету!

 

Верните мне Того, кого забрали вы без спросу

Ну кто здесь «у руля?», ну кто ответственный за радуги?

За снег, за дождь, за Чудеса?

И у кого ответы есть на все мои вопросы?

Верните, вам же всё под силу

Хоть дым верните от Его лечебной папиросы!

 

Стишок мой, как электрошок!

Стишок – вопрос мой без ответа

Качаюсь я на волоске, а сны мои, быть может даже не мои

Быть может, что они: ответы для другого человека.

 

 

                                                            1744

 

Я новый день свой снова начинаю с «Почему?»

Мне недостаточно вчерашнего ответа

Ищу, не уставая, свежий я

И раскрываю окна, двери; жду

Быть может: птица на крыле мне принесёт

А может: в рыбной чешуе его я встречу.

 

Мой друг, а дело стало – то за очень малым

Дела, они всегда стоят за очень небольшим

Как перепрыгнуть тот барьер? Как обойти высокую ограду?

Какой – то винтик выкрутили, гаечка на пол упала

Быть может: мелкая деталь

Но вам всегда её в характере так сильно не хватало!

 

По лесу: легко куралесить, по морю: легко мореплавать!

Но в небо с надеждою снова глядим

Забыв, как на задницу больно бывает нам падать.

 

Здесь комментарии, пожалуй, очень неуместны

Хоть и читать их для кого – то очень интересно

У Жизни есть Весна и Осень – все мы знаем

Но превращение одной в другую никогда не замечаем.

 

Нас не измерить глупыми словами

Не объяснить короткими и бесполезными делами

Здесь речь пойдёт о «настоящем» человеке

Двойное дно, прыжок из никуда

Холодный, летний дождь; весёлый , звёздный ветер.

 

 

                                                            1745

 

 

Фигуры в сердце, о которых раньше я не знал

Какие – то круги, блядь, треугольники!

Всё это умножается на семь

Потом, конечно, делится на два или на восемь

И получается, что сумма всех сторон равна нулю

Квадрат Гипотенузы – чьё – то баловство

И плачут тихо пьяные в углах, смеются весело покойники.

 

Вот тут – то и ищите след

Вот тут – то и ищите всем вашим неудачам объяснение

А голова – она, всего лишь навсего, кокосовый орех!

Бывает в нём «начинка»есть; а бывает так, что нет!

Но это к делу не имеет никакого отношения.

 

Ну что же: тут и допишите

Кто среди вас уверен будто знает правильный ответ?

Дышите глубоко, а может: не дышите

Молчите целый день или на «англо – русском говорите.

 

«Свободу слова» отобрали у меня

Её «свободою молчать» назвали, заменили

Мои опекуны, и никуда не деться мне от вас

Сам сдуру нарожал! Теперь в покое ни на миг не оставляют.

 

Я целый день сижу на берегу реки

Задумался в который раз я про «счастливый случай»

И кажется: я вижу «ключик золотой» на дне

И кажется: смогу его достать!

Но я зажал в зубах «счастливый свой билет» и выронить боюсь

Ведь он на свете самый лучший!

 

 

                                                            1746

 

 

Бывает: хочется мне сесть и написать

Весеннее что – то, весёлое

Но почему – то сразу вспоминаю я Апрель

Мои с ним счёты не сведённые.

 

Я заряжаю преобразователь снов

Короткими отрывками видений

Тревожно сплю я по ночам и пробуксовывает он

Проснулся, а в коробке у меня от снов

Лишь ворох горьких сожалений.

 

Не сразу след Твой разглядел

Куски побед, огрызки поражений

В десятый раз уже расстаял снег на камне у Тебя, Отец

В покое пора бы уже и оставить

А я всё жду обещаных мне Богом объяснений.

 

Ну, вот же он: интеллигент

Извилины в душе, кривей которых просто не бывает.

Пока война вокруг, катается на лыжах и на санках

И с виду: беден, небогат

Все деньги, сука, держит в иностранном банке.

 

Коту на хвост не надо наступать

От этого так мало проку

Но живодёры думают не так: кошачий крик для них счастливый знак

Для них то Кабала

К их серой, бесполезной жизни: разноцветная добавка

И вот, разгорячась, на львиный хвост пытаются ступить

Но мне их, как – то так, совсем не жалко.

 

 

                                                            1747

 

Сидит за решёткой и злится, на птиц и зверей матерится

Родиться человеком: ещё мало

Им нужно постараться быть хоть иногда

А то, вдруг, вырастут на лбу рога

И попа зимней шерстью может в Декабре покрыться.

 

Надеюсь все мои труды: не зря!

Все детские мои стишки, без видимого смысла

Прочтут однажды, скажут: Да!!!

Хоть и дурак, но как же он умело матерился!

 

Ищу у жизни отправную точку

Бреду по берегу реки уставший, водиночку

И кажется мне будто это «правый» берег под ногами

Хотя движение своё по «левому» я начинал

Перемешалось всё! Как верно: «Горе от ума!»

Спасибо, что хотя бы мою реку не забрали.

 

Себе свободное найти пытаюсь место

Где было бы легко дыщать, где было б мне не тесно

Всё перепробовал, но тут и там чего – то вечно поджимает

А сердце ёкает в груди, пароль забытый вспоминает.

 

Передо мною Время расстелило на столе волшебную

Цветную Скатерть – самобранку

И вопрошает: Уважаемый, чего хотите заказать?

Из Будущего: может быть волшебные грибы, в особенной обжарке

Из Прошлого: говядины отборные куски

А может быть из Настоящего вы просто

Пиво тёплое и горькое возьмёте

И до упаду квасить будете с хвостами провонявшейся таранки?

 

                                                            1748

 

Не сразу понял: Всё это подвох

И сдуру потянулся за добавкой

Стакан росы холодной, сладкий грог

Мне лампочку «зелёную» включили

Как для послушной, глупой обезьянки.

 

«Семь Пятниц на неделе!» - это про меня

Четверг сегодня, вот я и волнуюсь

Что завтра понесёт меня, закружит

Опять Субботу драгоценную я пропущу

И просто не сумею обнаружить.

 

Пытался свою душу «отоваривать»

Ну что же просто так ресурсы разбазаривать!

Я на прилавок положил, бумажку написал: «Хотите – будет ваша!»

И предложения пошли со всех сторон

Одно – другого, сука, краше!

 

Как жаль, что в вашей голове

Так мало «настоящего» осталось

Заботы повседневные, дела

С канадским, слезоточивым дымом там перемешались

Мои переживания для вас, лишь глупыми упрёками казались.

 

Порой мне кажется такою неопрятной, неотёсанной

И нос суёт свой, не спросясь, во все мои дела

Пытается решать всё мирно, по – хорошему

Но получается, конечно, не всегда.

 

 

                                                            1749

 

 

Эксперименты дерзкие проделываем над собой

Клонируем, к еде придумываем разноцветные добавки

Забыли Бога и без смысла бродят по Земле

С кругами под глазами, обкуренные аватары, аватарки.

 

Остатки времени из своего ковша Он выплеснул на ветер

Всё, что сбылось и не сбылось предугадал

А мне оставил реку, голубого неба полосу

И сомневаться научил во всём на свете...

 

Остановите Времени упрямый бег!

День за окном такой невозмутимо яркий

И каждый ищет, как к нему добавить хоть часок

У тёмной Ночи может отдолжить

А отдавать долги осеннею, опавшею листвой

Грибным дождём на дне консервной, ржавой банки.

 

По – новому сегодня нас встречают, провожают

Корона – вирус научил нас многому и не закончил миссию свою ещё

Рук больше мы не жмём и друг – на друга смотрим сонными глазами

На лицах маски с надписью: «Не подходи!»

Душа закрыта за тремя надёжными замками.

 

Есть у меня к Нему, наверно, как у всех

Одно, Быть может, два заветных пожелания

И предложения тоже есть

Эх, нам бы с Ним скорей за стол «переговоров» сесть

Нет ничего труднее ожидания.

 

 

                                                            1750

 

 

 

Я разгрузил мешки своих противоречий

Ох накопилось их: своим глазам поверить не могу!

Но разрешить их побыстрее больше  не пытаюсь

Какие утопить, какие сжечь, какие сохнуть на песке оставить?

 

К концу подходит Золотое Лето

И по реке куда – то утки уплывают от меня

И очень скоро отражение голубого неба больше не увижу

Начнётся длинная, холодная Зима.

 

Причины в жизни нужно находить всегда

Чтоб жить её легко, шутя

Но почему – то часто нахожу другие

Не сплю, переживаю по ночам

Потом картины непонятные пишу

Стихи пишу пустые.

 

Опять меня рассвет зачем – то растревожил, поднял чуть свет

И на спине «мурашками» покрыл слежавшуюся за ночь кожу

От света прячусь, куда – то под подушку забиваюсь

Ленивый я и мнительный такой

Я, сука, в зеркале сам – самого себя стесняюсь.

 

Пустые сплетни на каждом шагу

А мы в них верим, в суть порою не вдаваясь

Корона – вирус – человеку: верный друг!

Работает, не покладая рук

Чтоб меньше идиотов на Земле осталось.

 

 

                                                            1751

 

 

 

Не требуйте много от Бога

«В друзья» к Нему нечего лезть

Его из сердца выбросили мы давно

Оставили, как чемодан тяжёлый на обочине дороги

Сменили Веру на Удачу, а теперь хотим: наоборот!

Смешно, но думаем: вот – вот и повезёт...

 

Скандальный вы, какой – то, папа, злой!

И не вмещаетесь вы больше в рамки от приличия

Всё время чем – то недовольны

И разговариваете вы часто вслух с самим – собой

А вот вчера схватили молоток

И объяснить компютеру пытались двадцать раз

Чего показывать вам можно, а чего нельзя

И если, что нельзя, то лучше делать это очень осторожно.

 

Конечно: «все остаться можем в дураках»

Риск – дело благородное! Все знают.

Но вот поверить в это и даже на бумаге записать

Порой бывает очень сложно!

Сложили крылья за спиной

Сидим на Солнце, греемся

И не спеша едим своё фруктовое мороженное.

 

Чего – то там, под шкурой, заболело

Страдает, мечется, описывает непонятные круги

И это не обычная простуда!

Не помогают от неё таблетки и микстуры

Устал, ругаюсь на неё, в грудную клетку на замок закрыл

Какая же ты, сука, дура!

Инструкции забросил, не прочтя

Безбожник на параде не Пасхальном

Задача: жизнь прожить, однажды мне была дана

Её я исполняю между молотом и наковальней.

 


 

 

                                    519

 

 

 

 

Я неба краешек, заветный уголок

Облюбовал и Солнце Красное

В нём утро каждое встречаю

Под ним река моя любимая течёт

И облака Твои в своей воде стирает.

 

 

 

Ну как подпрыгнуть «Выше головы»

Как вытащить за волосы себя из жидкого болота

Судьбу свою лихую изменить

У Вечного Огня стоять и не трястись

И чтоб холодный высох пот и не было икоты?

 

 

 

 

Когда – то голос мой покорно замолчит

И сердце перестанет бунтовать и без причины суетиться

Но буду это, вобщем – то уже не я

Но знать об этом будут только птицы.

 

 

 

Стоит мой мир на трёх слонах

Но вот один того не понимает

Толкается, в свой хобот невпопад трубит

Двоим товарищам на ноги наступает.

 

 

 

 

Ты расскажи мне сказку о Любви

Любовь – она всегда права, она понять поможет

На сердце вылечит рубцы

Ко мне вернёт Тебя, быть может...

 

 

                                    520

 

 

 

 

 

 

 

Вот боль сердечная сменила головную

И облетая шар земной в который раз

Обоих их с собой в мешке вожу я

По – очереди каждую кормлю

По – череди каждую на волю отпускаю.

 

 

 

 

Я между строчек тех

Что Ты, Отец писал рукой усталой

Черты лица родного, вдруг, так чётко различаю я

Ищу, в смятении, ответы на вопросы

Которые курил Ты, словыно папиросы.

 

 

 

 

Волшебный запах снова сводит нас с ума

И лечит зимние мигрени

Твоя сирень у дома снова расцвела

Воспоминаниями наполняет мои вены.

 

 

 

 

В системме злых координат

Запуталась душа моя больная

И местонахождение своё не хочет выдавать

У игрика с иксом всегда в долгу

И линия у функции её: то ровная, а то кривая.

 

 

 

 

В ручей лесной я выпустил глаза

И с мылом в нём помыл старушку Душу

Когда – то занята она была и всем нужна

Теперь сидит на берегу и «бьёт баклуши».

 

 

                        521

 

 

 

Сегодня ночью на минуту не прилёг

Сидел в потёмках, на крыльце и тихо слушал

Я песню ветра о любви

И обещания Луны быть полной

И солнечному свету быть послушным.

 

 

 

 

В моём лесу, по – прежнему, весна

И ветер разгоняет дождевые тучи

И сердцу одинокому тепло

И голове шальной нет времени для скуки.

 

 

 

 

Как много в жизни бесполезных пустяков

Которые мы тут же забываем

И на исходе дня, вдруг, понимаем, что крадём

Минуты счастья, добавляя дни страданий.

 

 

 

 

Тот код написан был не мной

Но по нему живу:

Ложусь с ним спать и утром поднимаюсь

Жить в стаде просто не могу

По берегам реки своей один скитаюсь.

 

 

 

 

Застрял я на последнем рубеже

Ещё чть – чуть, и не найдёте вы меня на суше

В лосося превращусь, в озёрную форель

Уйду на дно, сам замолчу, и никого не буду слушать.

 

 

                        522

 

 

 

 

 

 

Найти замену колесу

Поставить под сомнение собственную душу

Я жить спокойно просто не могу

Быть сердцу с головой, всегда, послушным.

 

 

 

 

Сокровища несметные свои

Под ёлкою в лесу зарою

А может в реку брошу, рыбу ими покормлю

И Жизнь я разменяю на Любовь

Потом Любовь на Суету

И с ней Тебя я встречу на пороге.

 

 

 

 

Я отчество своё совсем забыл

Оно в канадском не прижилось огороде

И тот, кто безвозмездно мне его отдал

Шесть лет тому назад ушёл

Зачем – то раз и навсегда сменил в моей судьбе погоду.

 

 

 

 

Прости Иванушка, твою нелепую судьбу

Я и врагу не пожелаю

Всегда – дурак, всегда – в седле

Жена – пустая дура

И змей Горыныч идиотом обзывает.

 

 

 

 

В боях за правду Ваня пострадал

А царства пол ему лишь обещали

Царевна оказалась уличная блядь

Ему картошку с луком жарить не желает.

 

 

                        523

 

 

Грустить я больше не хочу

И шутки глупые Твои не понимаю

Но кто – то тычет дулю мне в лицо

Но занят я: летать учусь

И подлеца не замечаю.

 

 

 

А предисловие, конечно, было интересным

И жизнь бежит теперь, меня не торопя

Я сам – собою вечно недоволен

И что – то трудно мне забыть

И что – то невозможно вспомнить

Тяну узду то прочь, то на себя.

 

 

 

 

Так много нужно мне сказать

Поведать тоненькой тетрадке

И между строк оставить след своей души

Намёком лёгким, смелою догадкой.

 

 

 

 

Зажгу сегодня я свечу

Всё потому, что заглянул случайно в старую Твою тетрадку

И там я встретился с собой

Таким, как был, и буду кем

Без недомолвок, фальши, без остатка.

 

 

 

 

Канада – страшная страна

Она меня особенно пугает

Когда я вдруг, и ни с того и ни с сего

Её сухую безразличность я в детях, не чужих, своих

Стуча зубами, замечаю.

 

 

                        524

 

 

 

 

 

Безоблачное небо надо мной

Моих детей улыбки в здешней школе

Наверно стоят в разлуке мной написанных стихов

И в голове моей забытых голосов

С которыми, порой, бывает трудно спорить.

 

 

 

 

У сердца моего, как у Земли

Два полюса, но разница большая

Морозы на одном, а на другом – жара

Медведи белые от холода там замерзают на одном

А на другом остатки мыслей саранча голодная сжирает.

 

 

 

 

Течёт безшумно милая река

Со мной во всём, без споров, соглашаясь

Наверно жалко ей больного дурака

Что с берега ей камни, матерясь, бросает.

 

 

 

Вопросы каверзные спать мне не дают

С постели рано утром поднимают

Зачем живу? Кому нужна война?

И почему конца нет без начала?

 

 

 

 

А ниточка та тонкая не рвётся, не ветшает

Та что меня, и до сих пор

Назло всем ангелам и всем чертям

С Тобой, Отец, соединяет.

 

 

                                    525

 

 

 

 

 

Печаль моя за дверью терпеливо ждёт

Я строчки эти ей, конечно, посвящаю

И то, что было: не оставит, не уйдёт

И одного меня у свечки не оставит.

 

 

 

Ну что ж, блондин, пора решать

Уйти, а может быть остаться

И повод выпить есть у меня всегда

Но почему – то трезвым продолжаю оставаться.

 

 

 

Как тысчи лет тому назад

Земли исчезло притяжение

Я был неправ и виноват

И вот: сижу и тихо жду

Я, неподкупного Судьи, решения.

 

 

 

 

Представить даже не могу

Промчалось восемнадцать золотых мгновений

Я на пороге старости стою

И не с кем поделиться впечатлением...

 

 

 

 

Есть дочь и сын – другое поколение

Мечты на правду жизни поменяв

Ныряю я в другое измерение

Где жив всегда Отец и где всегда я прав.

 

 

                                    526

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В Канаде весело цветут

Сирени гроздья – сожаления

Конечно хочется любить и быть любимым

И верить в добрые приметы и знамения.

 

 

 

 

Везения по жизни, огорчения

Всё перепутал и пою не в такт

В ворота жизни забиваю год – за годом

Умнее не становится дурак.

 

 

От жизни я ищу лечения

Когда, вдруг, выпадаю из седла

Но все мои пустые ухищрения

Её волнуют невсегда

Как полнолуния, затменья Солнца

С рогами, бородатого козла.

 

 

 

Прошу, хотя бы в виде исключения

Мне выдать пропускной билет

На сына моего, на День Рождения

Исполнилось ему сегодня восемнадцать лет.

 

 

 

 

Сегодня нужно петь и пить до отупения

Мы этот праздник ждали много лет

На Сеньки – мужика, на первый День Рождения

Я лотерейный выиграл у Господа билет.

 

 

                        527

 

 

 

 

 

 

 

 

За все Отец, с Тобою наши достижения

За то, что было в жизни, или нет

Так хочется с Тобою выпить по стакану вдохновения

За внука Твоего и сына моего

Пусть будет счастлив и живёт сто двадцать лет!

 

 

 

 

Ты – мой, а я, конечно – твой

И этот распорядок поменяешь вряд – ли

Когда – то тоже было восемнадцать мне

Чужих любил, ну а своим я не давал пощады.

 

 

 

 

Катюша прыгает, крича

Махает сладким кремом в ложке

Сегодня папу полицейским продала

За то, что правду говорить учил её немножко.

 

 

 

Слова обидные сквозь сердце пропустил

И жизнь живу: от точки – до точки

Судьбы своей я главный лейб – мотив

Пишу в тетрадь: за строчкою больною, строчка.

 

 

 

 

Затеплился надежды тоненький, застенчивый и тихий огонёк

Пишу в Канаде эти строчки

И тот, кто думает, что здесь всё просто и легко

Наивен, может просто глуп

А может жизнь свою предпочитает жить он словно в сказке.

 

 

                                    528

 

 

 

 

 

 

Шарманка Папы Карло больше не слышна

И куклы любят улыбаясь, притворяться

Льёт крокодильи слёзы деревяный истукан

В Канаду дверь открыл легко, лихим ударом башмака

Теперь не знает, как же дальше быть

Не может ни вернуться, ни остаться.

 

 

 

Минуты трепетные трогательных ожиданий

И ветром сердцу, вдруг, нашёптанный мотив

Зачем то всё это закончится однажды

Когда души продукт сольём в презерватив.

 

 

 

 

Мгновенью этому не рад

На сковородке жарят сердце

Самоуверенного, глупого плебея

И нужно возразить ему, чего – нибудь сказать

А он лишь загнанно, испуганно и еле слышно блеет.

 

 

 

Судьбы заброшенный причал

И об него душа устало трётся, отбивает

И сердце, безнадёжно глупое, болит

Тебя, Отец, забыть не может, не желает.

 

 

 

 

Свои фанерные мечты догнать пытаюсь

Из пластика свои упрямо расправляя крылья

И в фюзеляже, где – то , сердце от стыда кровит

Сигналы «СОСа» в небо посылая.

 

                                    529

 

 

 

 

 

 

Мосты, которые спалил

Не починить сегодня, не наладить

И по течению меня несло

Когда я сам – себя зачем – то представлял к награде.

 

 

 

Есть в сердце чёрная дыра

Я дверь в неё не часто открываю

Там по Родине обманутой живёт тоска.

 

 

 

 

Рассвет в глазах упрямых отражался

И ветер бесновался за спиной

И как – то незаметно я один остался

В дворце мильённом, с молодой женой.

 

 

 

 

Ну что – же Жизнь: давай сводить счета

Тебе сегодня задолжал немало

Была весна, была любовь

Был счастлив, двух детей родил

И сердце биться никогда не уставало.

 

 

 

 

Сегодня в зеркале я встретил двойника

В глазах его я прочитал немало

Но на вопрос мой: кто – же ты такой, и дальше что?

Ответа внятного не прозвучало.

 

 

                        530

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Свой хлеб ни с кем не разделив

Вино он выпил всё и сразу

Богов задобрить из последних сил

Пытался он молясь:

С утра – Христу, а вечером – Аллаху.

 

 

 

 

Жила – была в душе тихонечко печаль

Но вот ведь: научилась как – то петь и возмущаться

Шумит ночами, спать мне не даёт

А днём мешает есть и спортом заниматься.

 

 

 

 

Счастливым быть так просто и легко

Печаль забыть, водой холодной обливаться

Внимания не обращать на жизнь

Глухим к мольбам, неуязвимым оставаться.

 

 

 

 

Я попрошу тебя сегодня промолчать

И душу не терзать сомнением; неспокойную, пустую

Ты, память, отпусти, иди ложиться спать

В одеяло заверни тоску свою нездешнюю, чужую.

 

 

 

 

Ах поэты, трубодуры и артисты

Бывают помыслы у вас, которые чисты и бескорыстны

Но что греха таить, такие тоже ведь бывают

Что помогают смачно есть и сладко пить

И в зале толпы хлопать заставляют.

 

 

                                    531

 

 

 

 

Не будь со мной: ни добр и ни зол

Моей души, давно ушедший собеседник

Ты выметаешь из неё как сор

Волшебным веником пыль безразличия

И паутину от пустых сомнений.

 

 

 

А жизнь, по – прежнему, бежит вперёд

И не желает ждать и не умеет на пути остановиться

Так пусть – же правда будет всем известна и ясна

Погибла Бабушка Яга – героем

В неравном за свободу за свою бою

Насильственною смертью от руки

Ивана – Дурака, безумного

До денег жадного, убийцы.

 

 

 

 

Я на обочине стою и голосую

Бегут машины – быстрые года

А Бог колоду карт в руках своих тасует

Пока меня не отпускает никуда.

 

 

 

Лежит в траве из сердца вырванный кусок

Смеясь, детишки ножки об него всё время вытирают

И как места интимные на теле фиговый листок

Мой крик мою обиду едва – ли прикрывает.

 

 

 

А свято место пусто не бывает

И это понимая, всё равно

Зубами, из последних сил

Я за него цепляюсь

Хоть до святого ох как мне сегодня далеко.

 

 

                        532

 

 

 

 

 

Не просыхая, кто – то пьёт

С утра – до вечера играет кто – то на гармошке

То Жизнь свои уроки им преподаёт

А может, просто: им суёт в колёса палки.

 

 

 

Участник боя за Любовь

Сижу на поле, собираю в банку

Грибы – поганки, раненой рукой

И заливаю спиртом, жадно пью

Я эту смесь – настойку, валерьянку.

 

 

 

У Неба есть заветная мечта

И в сущности своей, конечно – же: простая

С Землёю слиться: раз – и навсегда

И вот оно зовёт её с утра

Любя, дождём весенним, тёплым поливает

На что Земля ему лишь испарением ядовитым отвечает.

 

 

 

 

Сегодня всё, о чём ты без конца кричал

Тебе – же самому надламывают душу

И было б лучше если б ты молчал

Внимательно и терпеливо слушал.

 

 

 

Не делай в жизни выводов пустых

И спешных умозаключений

Она, как то вишнёвое варенье

Столовой ложкой в банку лезь

И жирно мажь на сладкое песочное печенье.

 

 

                        533

 

 

 

 

 

Бросаю под  яблонь молодые деревца коровье говно

И мысли мчатся вдаль далёкую и застываю на мгновение

Понять пытаюсь, осознать: где буду я и кем

Когда те яблоки сорвут и вспомнят, может обо мне

Гуревичей, пока что не родившиеся поколения.

 

 

 

 

А в жизни ничего не постоянно

Хотя, пожалуй, кроме одного

Что я – дурак, с самим собою вечно несогласный

По падежам спрягаю: Где? Зачем? И Что?

 

 

 

 

Зыбыв «жидов» и «фрицев» понемножку

Идёт раздел Европы пополам

Зачем то «москалей» украинцы молотят

А русские «хохлам» вставляют по рогам.

 

 

 

 

 

Живу на правой стороне дороги

И если дождь, я одеваю сапоги

А если Солнце, то сижу я дома.

 

 

 

 

 

Естествоиспытатель я со стажем

Устал давно испытывать своё я естество

К нему я применяю теоремму Пифагора

Делю на два, а после: умножаю на ничто.

 

 

 

                                    534

 

 

 

 

 

Я силой наделён неодолимой

По роже бьют, а я пишу весенние картины.

 

 

 

 

Малины запах. Солнца зной

Вороны старой крик в ветвях осины

Плачу за всё, я не торгуюсь за ценой

Ведь то мотивы для моих стихов

Сюжеты к ненаписанным картинам.

 

 

 

 

У русла старого реки

Хожу, как гном новорождённый

И понимаю: Bеликан всё это сотворил

Рукой могучей, ласковой и осторожной.

 

 

 

 

Царевна Лебедь приплыла

Во лбу звезда горит

Глубокие и серые глаза на белой, чистой коже

И двух орлов мне тут – же родила

Клюют папашу, бьют крыльями по роже.

 

 

 

 

Бальзам на душу, пластырь на лицо

Тащу по жизни мне предписанную ношу

Любовь из лужи сердце жадно пьёт

По сторонам не озираясь

Тихо, простодушно.

 

 

                                    535

 

 

 

 

 

 

Разрыв в цепи произошёл

И Ты, Отец, паришь теперь в стране

Где все равны, слова пусты

И в небе нет дождей и не увидеть тучи

Но души наши всё ещё соединны

Друг – другу пишут иногда стихи

А иногда картины, где река

Нас запахом сирени душит.

 

 

 

 

А жизнь похожа на китайский ресторан

Приносит блюда незнакомые и дорогие

Одним - наесться не могу

А от второго – пьян

От третьего – тошнит

Ругаюсь, счёт прошу

И бью фарфоровую тонкую посуду.

 

 

 

 

Отец, сегодня мимо госпиталя проезжал

Того, где сердце в первый раз

Тебя вдруг слушаться устало перестало

Где в первый раз я понял, как бесценна жизнь

И в первый раз не согласился с Богом

О Конце и о Начале.

 

 

 

Ты жизнь, Отец, любил; она – Тебя

И всё бы было здорово и мило

Но Твоё сердце рвалось к облакам

Не слушая советов, доводов моих сопливых.

 

 

                                    536

 

 

 

 

 

 

 

Я милости сегодня не прошу

Сегодня мне чужого, милый Друг, не надо

Я брошу якорь, паруса спущу

И руку от души пожму

Пришедшему на моё место молодому капитану.

 

 

 

 

А кони те, что привередливыми были

Не стали ни послушней, ни умней

Цепляясь им за гривы, воздух пью, туман глотаю

Но всё – же на своём стою

Хотя и чувствую, что пропадаю.

 

 

 

Стихи мои сегодня просто и легко

Из сердца выбегают на дорогу

И мокнут под дождём

Лучи у Солнца раннего Весною пьют

На небо тут – же улетают, к Богу.

 

 

 

 

Чудак, с самим – собою, вечно не в ладу

Себя бью по лицу, и этим разгоняю скуку

И часто существую, не живу

Но Бог берёт меня всё время на поруки.

 

 

 

 

Любви чудесный разворот

Её, по жизни, против шерсти, лёгкое движение

Застенчивая песенка, в глазах живущий мягкий, добрый свет

Передаём из поколения – в поколение.

 

 

 

                                    537

 

 

 

 

Душа встаёт упрямо на дыбы

И в жизни разные там неполадки

Но вот ведь: незадача и беда

На душу не одеть презерватив

Не спрятать сердце под подушкою, в тетрадке.

 

 

 

 

Ну что ж вы, наркоманы, вашу мать!

Сегодня невесёлые такие

Так хочеться вас от души обнять

И от души зарыть в глубокую могилу.

 

 

 

Ну как – же не поймёте вы, о Боже?

Что к крикам вашим безразличны господа

И в мясо пушечное превращают и украинцев и русских

Дискриминация для них так неприемлема, чужда.

 

 

 

 

Сегодня день мне был «не по плечу»

У ночи день забрал сегодня полномочия

Bcё с виду хорошо: со шпагой на коне лечу

Да вот иголки колят сердце сподтишка

И бешенные псы на части рвут потерянную душу.

 

 

 

Я пережитки Прошлого сегодня пережил

Но духом я силён и никогда не унываю

Лежу в кровати тёплой целый день

И пережитки Будущего в ней переживаю.

 

                                    538

 

 

 

 

 

 

 

Искал везде, да вот нашёл

Я в месте неожиданном и непонятном

Возможность быть самим собой

Нашёл в своей исписанной тетрадке.

 

 

 

 

Я, как верблюд жуёт жевачку из сухой травы

Жую свои недомогания

И как и он, счастливые я вижу миражи

И на горбе везу я бедуинов багажи

Судьбою обречённых на скитания.

 

 

 

Соплями мир не удивишь

Но всё – таки старается один ответственный товарищ

По лестнице служебной лезет, задыхаясь, вверх

Меняет галстуки и пиджаки

На языке вкус вымытых в пути нелёгком задниц.

 

 

 

 

Ох, не привыкнуть мне к канадской переменчивой погоде

И перед зеркалом гримасам здешних полных дураков

Что просыпаются и спать ложатся

С одной лишь мыслью утончённой

О банке пива, ну а к ней

Котлете, в центр булки помещённой.

 

 

 

Сорвался голос мой куда – то в пустоту

И в этой пустоте уже валялись

Измученное сердце, воспалённый мозг

И руки, что от тела оторвались.

 

 

                                    539

 

 

 

 

 

Вот новая метла метёт, не понимая

Что старая любила тоже чистоту

По – своему её, однако, понимая.

 

 

 

 

Бульон куринный варю я из своих стихов
А из картин – рагу картофельное с мясом

И зааправляю, после, эту смесь в себя

В надежде вспомнить дни, ушедшие давно

Когда я бедным был, но всё – таки: богатым.

 

 

 

 

Вот снова, выпучив клаза

Слюною брызжет глупый человечек

И думает, что всё предусмотрел

Но топчется беспомощно на месте.

 

 

 

 

Бывает жутко одиноко

И слова некому сказать

В прекрасном обществе канадском

Куда не звал меня никто ни сеять, ни пахать.

 

 

 

 

А стыд – конечно чувство непростое

К нему порою трудно привыкать

И на вопрос: Какого ты, дружище, рода?

Бывает лесбиянке  очень трудно отвечать.

 

 

                                    540

 

 

 

 

 

 

 

 

Ты перед жизнью двери не закроешь

Приходит в гости, в окна – двери с грохотом ломясь

В подарок нам приносит радости, надежды

А иногда болезни и необъяснимый страх.

 

 

 

 

Летит устало тополинный пух

И за окном в расзвете самом Лето

И сердце не болит, и не найти

Наверное уснуло где – то тихо

И верю тихо: Осени – не быть

И не разбить старухе старое корыто.

 

 

 

Он жизнь любил, и пел, и пил

И говорят, бывало: лишку заливал

Но вот опять звенят серебрянные струны

Я слушаю Его один

Понять пытаюсь: почему, Вас, Бог, Владимиров

Сурово так и не до срока наказал.

 

 

 

 

Вот: в спешке. Мной написанный триптих

В траве высокой убитый в спину воин

Поэт. Отец, и сын печали

Рукою чьей – то брошенный в цветник.

 

 

 

 

В судьбе моей вдруг пауза внезапно наступает

Когда измена сердцу сети расставляет.

 

 

 

                                    541

 

 

 

 

 

Канадский огород цветёт

Но если неспеша во всём спокойно разобраться

У полных идиотов часто : умное лицо

И с виду: не к чему придраться.

 

 

 

В дерьме гнила могучая страна

У Олимпийцев – олимпийские замашки

Ушёл Ты в это Лето навсегда

По – русски, просто, без огласки...

 


 

Сегодня вспомнил я опять

Твои стихи, от них по коже у меня мурашки

По краю пропасти все кони привередливые разошлись

Туман весь выпит, а значит: дело – дрянь

Как в той, прочитанной тобою нам

Последней, невесёлой, русской сказке.

 

 

 

Я всё, что мне подаренно – ценю

Пишу порой, на холст кистями мажу краску

А иногда, Отец, я по Тебе грущу

Один, с бутылкой водки в этикетке красной.

 

 

 

 

Душа Твоя смириться не смогла

И не стерпела наши глупые замашки

Бельё собрала и ушла куда – то вдаль

По Бога преждевременной подсказке.

 

 

 

                        542

 

 

 

 

 

 

 

Понять мне хочется и быть мудрей

Увидеть смысл, принять и не ругаться

Что Ты ушёл так рано ненапрастно

Но в карте жизни в этом месте у меня – дыра

Пойду направо – нету ни хера

Налево, прямо – нету ни крупицы счастья.

 

 

 

 

Во сне серебрянные струны увидал

Я видел. Чувствовал, как вдруг, они порвались

Мне было десять лет, когда Ты улетел

Пластинка крутится, а я всё время:

Каюсь, каюсь, каюсь...

 

 

 

 

Судьба сыграла шутку с головой

Перед глазами, вот: печальная картина

Иван Царевич, Змей Горыныча, зачем – то зарубил и съел

И в Царство Тридевятое зачем – то угодил

Жена и дети – словно невзорвавшиеся мины.

© Eduard Gurevich 2012 / tel:705 352 1128 / gurevichstudio@rogers.com

  • facebook